| Имя адмирала Берда трудно найти в книгах, посвященных истории Второй мировой войны. Однако именно у него была возможность поставить точку в этой войне, уничтожив Новую Швабию. Адмирал Берд возглавил экспедицию, отправленную американским правительством в 1946 году к берегам Антарктиды.
Но для начала я терпеливо выслушиваю историю жизни будущего адмирала. Она действительно заслуживает того. Родившийся в конце XIX века, Берд с детства мечтал о великих географических открытиях. Ему следовало бы родиться в эпоху Колумба, но, к его несчастью, Ричард появился на свет в то время, когда все — или почти все — уже было открыто и изучено. Оставался один неисследованный континент — Антарктида, которой Берд и посвятил всю свою жизнь. Он организовал ряд полярных экспедиций в 30–е годы, причем убедил государственное руководство США, что эти исследования имеют не умозрительно-научную, а чисто практическую ценность. Вот что писал Берд в одной из своих докладных записок:
Антарктида на сегодняшний день — единственная свободная территория на всем земном шаре, над которой не установило свою власть ни одно правительство. Всех отпугивает ее слава Ледового континента. Однако весьма вероятно, что в недрах этого материка скрываются неисчислимые природные сокровища, а также следы древней и могущественной цивилизации.
Поэтому в скором времени должна развернуться настоящая «гонка за Антарктиду», в которой Соединенным Штатам было бы весьма желательно изначально занять первые позиции.
Любопытно, что в своих докладных записках Берд ссылается, в частности, на произведение Готта, которое уже давно стало его настольной книгой. Неизвестно, обратили бы чиновники внимание на эти призывы или нет, если бы семья Бердов не была тесно связана с кланом Рузвельтов, к которому принадлежал действующий президент США. Военно-морской флот США также высказал заинтересованность в антарктических базах. Берд получает все более высокие звания, успехи его экспедиций известны всему миру. Именно он должен был в конце 1941 года вести американскую эскадру на поиски немецких баз. Но не сложилось.
— Что ваш дед рассказывал вам об экспедиции 194 6 года? — спрашиваю я Джорджа.
— Честно говоря, он не любил об этом говорить, — помедлив, отвечает мой собеседник. — Уж слишком много слухов и домыслов роилось вокруг этого злополучного плавания.
— Например?
— Например, что дед обнаружил там гнездо инопланетян или убежище беглых нацистов. Одним словом, болтовни было много.
— Но вы сами не верите в это?
— Конечно, нет! Какой разумный человек в это поверит?! Мой дед всегда поднимал подобные статьи на смех!
— Но почему же он не требовал опровержений? Ведь страдала его репутация!
— Не знаю, — Джордж задумался. — Может, просто не хотел связываться с «желтыми» газетенками? Отвращение моего деда к журналистам всегда было огромным. Взять у него интервью считалось в газетных кругах настоящим подвигом.
— Известно, что экспедиция вернулась гораздо раньше положенного срока, — продолжал я свои расспросы. — Что же случилось? Как объяснял это ваш дед?
— Понятия не имею, — Джордж беспокойно заерзал в кресле. — Он никогда не говорил на эту тему.
Я понял, что разговор пора заканчивать. И задал напоследок всего один вопрос:
— Скажите, а ваш дед не оставил дневников или писем?
— Нет, — сказал Джордж, отводя глаза.
Немного позднее, изучая жизнь Ричарда Берда по другим источникам, я понял причины замешательства моего собеседника. Было одно обстоятельство, о котором Джордж умолчал. После возвращения из антарктической экспедиции Берд был посажен в сумасшедший дом и провел там пять долгих лет.
Что же известно об этой таинственной экспедиции?
|