Об экспедициях в Тибет, организованных Шеффером в предвоенные годы, я уже писал в предыдущей книге. Вкратце напомню их историю. Эрнст Шеффер был одним из самых молодых и талантливых сотрудников института «Аненэрбе». Еще в детстве он увлекался восточной культурой, но в университете изучал не свою любимую ориенталистику, а зоологию. Именно в качестве зоолога он отправился в 1931 году в Восточный Тибет в составе экспедиции Долана. Никто не знал, что Шеффер являлся членом НСДАП и был близко знаком с Гиммлером; рейхсфюрер СС «благословил» юношу на поездку и поставил перед ним несколько сложных задач, в числе которых были поиски страны Шамбалы.

Слово «ОДЕССА» ничего не скажет большинству. Только русский, услышав его, уверенно скажет: «Это крупный порт на Черном море». И лишь редкий человек, подумав немного, ответит: «Какая-то эсэсовская организация». В общем-то, именно он и будет прав. Далеко не все успели выехать в Антарктиду; многим не удалось попасть на самолет или подводную лодку, и они остались в Германии, где им грозило судебное преследование и далее — вполне возможно — смертная казнь. Поэтому уже в 1946 году в Мадриде, где правил союзник Гитлера Франко, была создана организация ОДЕССА — в расшифровке эта аббревиатура звучит как «Общество бывших членов СС». Но члены СС, как мы знаем, бывшими не становятся. И всю Европу накрывает тонкая сеть под кодовым названием «Паук», через которую из Германии в безопасные страны бегут десятки и сотни бывших эсэсовцев. Приоритет отдается тем, кто запятнал себя кровью, и сотрудникам «Аненэрбе» — таким, как мой отец. Во главе «Паука» стоял известный диверсант Отто Скорцени. В распоряжении Скорцени находились крупные финансовые средства — нацистские вклады никуда не делись — а также множество чистых бланков паспортов других государств. Одна только Аргентина передала ему 7000 бланков.

До 1947 года рейхсляйтер отсиживался в монастыре в Северной Италии. Выходить во «внешний мир» было опасно — повсюду шла охота на нацистских преступников, и продолжительность свободной жизни за пределами монастыря могла измеряться для Бормана днями, если не часами. Тем более что его искали — никто не был до конца уверен в смерти «серого кардинала». Даже Нюрнбергский международный трибунал принял решение судить Бормана заочно. Рейхсляйтер был приговорен к смертной казни. После этого у него оставался лишь один путь: в Антарктиду.

Я сижу в мягком кресле на веранде большого коттеджа и пью черный чай. Напротив меня, в таком же кресле — Джордж Берд, внук знаменитого полярного исследователя, адмирала Ричарда Берда. Это ради встречи с ним я преодолел расстояние в несколько тысяч километров и приехал в США, в штат Коннектикут. Джордж Берд — мой ровесник, поэтому мы достаточно хорошо понимаем друг друга. Правда, истинной темы своего исследования я ему не открываю — чего доброго, примет за сумасшедшего или охотника за дешевыми сенсациями. Нет, для Джорджа Берда я — человек, занимающийся историей полярных исследований. Тех самых» которым посвятил всю свою жизнь его дед. Может быть, поэтому он так охотно согласился встретиться со мной и рассказать о жизни адмирала Ричарда Берда.

Итак, залпы Второй мировой войны отгремели. Однако наличие возможной нацистской полярной станции не давало американцам спать спокойно. Сорвавшаяся экспедиция 1941 года должна быть повторена. Уже в дни капитуляции Японии, в августе 1945 года, Берд начал забрасывать руководство флота и страны новыми докладными записками. В них он говорил о необходимости глубокой разведки ранее не освоенных территорий, о возможном пребывании на них «недобитых немцев», глухо намекал на то, что часть германских подлодок могла уйти именно в Антарктиду. В конце концов санкция на проведение экспедиции, получившей название «Высокий прыжок», была дана.

О приближении вражеской эскадры Гесс получил сообщение по своим каналам еще до того, как она вышла из гавани. Нацистская разведка действовала безупречно. Реакция главы Новой Швабии была вполне адекватной. 7 января 1947 года появляется его распоряжение, текст которого я нашел в бумагах дяди Олафа. Там говорится следующее:

Здесь нужно упомянуть еще один факт, который Джордж Берд попытался (весьма наивно, к слову сказать) от меня скрыть. Дело в том, что его дед был масоном. Да-да, самым настоящим масоном, занимавшим далеко не последнее место в Ложе Запада. Он вступил в нее еще в молодости, накануне своей первой экспедиции; именно масонство Берда обеспечивало его проектам столь масштабную поддержку со стороны государственных структур.

В распоряжении Гесса от 7 января для меня долгое время оставался неясным третий пункт. О каком крейсере «Вестфален» могла идти речь? И что значит «предупредительный удар»? Как мы уже говорили, никаких крупных надводных кораблей, кроме авианосца «Рихтгофен», у Новой Швабии не было. Да они ей были, собственно говоря, не нужны — ведь германские верфи находились в карстовых пещерах и могли строить только подводные лодки. Вернее, строить-то они могли все, что угодно, вот только выйти за пределы пещер это «что угодно», будучи надводным кораблем, никогда не смогло бы.

Версия о том, как развивались события во время таинственной экспедиции Берда, подкрепляется многими фактами. С другой стороны, существует множество странных обстоятельств, которые если не опровергают изложенную выше гипотезу, то все же корректируют ее в весьма значительной степени. Например, уже упоминавшиеся выше повреждения авианосца «Филиппинское море». Если Берд и немцы договорились между собой, кто наносил удары по этому кораблю? Кроме того, весьма интригующими выглядели сведения, которые сообщил один из матросов авианосца 20 лет спустя французской газете «Le Monde». В частности, он говорил следующее:

За материалами для моих книг мне приходилось странствовать по всему миру. Побывать в Соединенных Штатах, в Великобритании, России, Франции… Но чаще всего, разумеется, я оказывался в Германии. Здесь я работал во множестве архивов — от центральных государственных до архивов маленьких городов и отдельных компаний. И не было случая, чтобы я не нашел ни одной крупицы, которая привела бы меня ближе к цели моего расследования. А порой, во время своих странствий, я завязывал достаточно интересные знакомства…